Номинация
АПК – всему голова

Партнерская номинация Группы "Черкизово".
За освещение актуальных аспектов в работе агропромышленного комплекса

Девять лет обороны: как белгородские власти защищались от АЧС, но человеческий фактор поставил под угрозу агрохолдинги

Белгородская область как производитель около 20% всей свинины в стране очень боится АЧС, и успешно защищалась от вируса. Но в 2017 году и этот регион стал "жертвой АЧС". В публикации мы постарались разобраться в чем опасность и почему оборона не выдержала.

Девять лет обороны: как белгородские власти защищались от АЧС, но человеческий фактор поставил под угрозу агрохолдинги

Чиновникам в течение девяти лет удавалось сдерживать распространение африканской чумы свиней на Белгородскую область, где сосредоточена почти треть всего поголовья свиней страны. Ради этого губернатору Евгению Савченко пришлось пойти на серьезные и непопулярные у населения решения – ликвидировать небольшие свиноводческие хозяйства и сократить поголовье дикого кабана. До середины 2017 года эти меры позволяли сдерживать занос неизлечимого для свиней вируса. Но сейчас «оборона прорвана» и вслед за вспышками в дикой фауне и на частных подворьях под раздачу попали и площадки крупных холдингов «Русагро» и «Мираторг». Наше издание попыталось разобраться, где именно возник сбой и почему спустя столько лет успешной работы вирус все-таки подобрался к хозяйствам, которые так тщательно оберегали.

Почему АЧС страшен для свиноводов

Прежде всего, стоит отметить, что африканская чума свиней – это вирус, для борьбы с которым пока не найден препарат. Вакцин для предотвращения заболевания также нет. Заболевание развивается очень быстро: от двух-трех дней, до нескольких часов. Зараженное животное гибнет. Заболеванию подвержены домашние свиньи и дикие кабаны. В Европейской части России вирус появился в 2007 году и пришел из южных регионов, а к 2013 году получил широкое распространение в ЦФО. Для человека заболевание не опасно, хотя, как считают ветеринары, иммунная системы людей, которые непосредственно имеют контакт с заболевшими животными, также может быть подвержена опасности.

По словам ученого Федерального исследовательского центра вирусологии и микробиологии Алексея Середы, вирус очень устойчив и выживает в клетках даже после гибели животного, он способен долго сохраняться в почве, отходах. Именно поэтому пока единственным способом борьбы с АЧС является сжигание заболевших животных и тех, что имели с ними контакт.

Ученый-вирусолог подчеркнул, что специалисты во всем мире пытаются разработать вакцину или средство борьбы с вирусом АЧС, но эффективных мер пока нет даже на уровне разработок. Российским ученым удалось спасти умирающее животное, но сам вирус не погиб, потому свинья все равно подлежит уничтожению. По прогнозам, в ближайшие 10 лет животноводы не получат препарата, которым можно будет обезопасить свиноводческий бизнес от этого заболевания.

Поэтому в очаге вспышки АЧС ветслужбы сжигают всё поголовье, которое имело контакт с заболевшим животным, а также корма, деревянные помещения, где животные содержались. Каменные и металлические конструкции дезинфицируют. Кроме того, в радиусе 10 км вокруг очага заражения убивают всё поголовье свиней, а мясо утилизируют.

И если для небольших хозяйств это угроза потерять несколько свинок и хозпостройки, то у крупных компаний сожженными могут быть несколько тысяч голов или партии продукции, а это колоссальные прямые убытки.

Кроме того, в очаге заражения АЧС вводится карантин на шесть месяцев, а разведение свиней в этом помещении возможно только спустя год после снятия карантина. Другими словами, это еще и упущенная выгода от простоя площадки, что, в свою очередь, грозит потерей экономических связей или в худшем случае банкротством.

Как Белгородская область почти девять лет сдерживала вирус

По мнению специалистов, наиболее действенный способ в противостоянии заболеванию – не допустить заноса вируса. То есть у животных не должно быть никакого контакта с зараженным кормом, отходами, переносящими вирус паразитами (это грызуны, некоторые насекомые). На языке ветеринарной безопасности это установление уровня биобезопасности IV и V компартмента. Частные подворья чаще всего не могут обеспечить работу дизбарьеров, постоянно на уровне микробиологии контролировать безопасность кормов или полностью исключить контакт свиней с другими животными. Что уж говорить про диких кабанов, которые постоянно подвержены риску заражения.

В Белгородской области в настоящее время сосредоточено более 4,3 млн голов свиней в крупных агрохолдингах: это АПХ «Мираторг», ГК «Русагро», ГК «Агро-Белогорье», «Промагро», «БЭЗРК-Белгранкорм» и некоторые другие более мелкие хозяйства.

Учитывая масштаб угрозы для свиноводства региона, губернатор Евгений Савченко еще в 2011 году принял ряд довольно жестких мер. В регионе стали изымать свиней из личных подсобных хозяйств и частных ферм. Взамен людям предложили финансовую помощь на закупку других видов домашних животных. Переориентацию бизнеса субсидировали из федеральной казны. Также решено было максимально сократить популяцию диких кабанов, а охотхозяйства обязали огородить территорию и учитывать всё поголовье кабана.

На всех свиноводческих комплексах по требованию ветслужб разработали техрегламенты, обучили людей. На магистралях и въездах в регион поставили контрольно-ветеринарные посты, которые проверяли и обрабатывали автомобили. Особый режим действовал и на границе с Украиной. Так как Харьковская область неблагополучная по заболеванию АЧС, был полностью запрещен ввоз животноводческой продукции, даже в ручной клади. Официально по всем документам и правилам регион защитили, и долгое время – почти девять лет – удавалось сдерживать распространение вируса, хотя в соседних регионах регулярно сообщалось о новых заражениях.

Первый тревожный звонок был в 2013 году, когда вирус АЧС нашли на частном подворье Красногвардейского района. Тогда все силы были брошены на то, чтобы не допустить распространения болезни. Вслед за этим АЧС обнаружили в завезенной партии свинины на мясокомбинате «Черкизово» – и эту проблему быстро ликвидировали. Даже вышел документ, ограничивающий ввоз продукции «Черкизово» на территорию области.

Когда что-то пошло не так

Окончательный «прорыв обороны» АЧС Белгородской области произошел летом этого года. Заболевших животных нашли в селе Большетроицкое Шебекинского района. В селе ввели карантин и стали изымать свиней у частников, проверять каждый двор.

Учитывая предвыборную кампанию губернатора, местные власти постарались спрятать проблему, не допуская «лишнего шума». Потому в правительстве всячески «открещивались» от АЧС, а введенный в Шебекинском районе карантин глава Сергей Степанов назвал «учениями по предотвращению заболевания». Позже в Россельхознадзоре всё же признали, что заражение было.

По словам замруководителя регионального управления Россельхознадзора Александра Анисимова, оказалось, что в сельской местности много неучтенных животных. А представители местных администраций удивлялись, как людям удавалось прятать хозяйство.

Спустя некоторое время в этом же Шебекинском районе АЧС выявили на откормочной площадке «Тюринский» группы компаний «Русагро», где содержались около 17 тыс. свиней. Как отметил господин Анисимов, в ходе расследования этого случая специалисты нашли много недоработок со стороны службы безопасности и сотрудников комплекса.

«По нашему мнению, возникновение вируса АЧС связано с большой концентрацией поголовья кабана в одном из охотхозяйств. Инфицирование произошло через отходы. Возле населенного пункта есть места отдыха граждан, где оставляли продукты», – подчеркнул Александр Анисимов. Он добавил, что на самом предприятии из-за дыр в ограждении был возможен доступ диких животных к комплексу.

В итоге с июля в регионе пошла волна вспышек АЧС, зафиксировано 19 очагов в четырех районах. Наиболее громкая история произошла в декабре и была связана с регистрацией АЧС на площадке «Ивица-2» агрохолдинга «Мираторг». Уничтожению подлежат около 24 тыс. свиней. Стоит добавить, что именно «Мираторг» является крупнейшим в стране производителем свинины. Почти все комплексы свиноводческого дивизиона расположены в Белгородской и Курской областях.

По мнению представителей Россельхознадзора, основная причина такого быстрого распространения вируса – человеческий фактор. «Механически свинокомплексы все защищены, но службы безопасности, службы аудита недорабатывают. Многие не понимают, где опасность. Мы по карте сопоставили адреса работников охраны комплекса с адресами, где выявляли незарегистрированное поголовье свиней, – люди живут совсем рядом», – отметил господин Анисимов.

Человеческий фактор дает сбои и при ограничениях ввоза продукции из Украины, неблагополучной по АЧС. Формально таможенные службы должны проверять багаж и ручную кладь. По словам Александра Анисимова, за этот год из ручной клади изъяли около 8,5 тонны животноводческой продукции. Но неофициально сало или мясо провезти можно. Есть даже свои тарифы: за 70 гривен за килограмм проверяющие «не обратят внимания» на то, что в сумке.

Более того, действия белгородских властей по сокращению поголовья свиней в личных хозяйствах селяне воспринимают вовсе не как борьбу против вируса. Они уверены, что это делается для того, чтобы повысить продажи агрохолдингов, уничтожив фермерские хозяйства. Многие не верят в существование вируса, считая это выдумкой ради запугивания фермеров.

«Заслуги» охотхозяйств в распространении АЧС

Формально в Белгородской области поставили задачу сократить до нуля поголовье дикого кабана. Отстрелом занимаются специальные службы, а убитых животных утилизируют. При этом охотхозяйства должны на огражденной территории регистрировать кабанов и жестко контролировать их численность.

На деле же всё выглядит совсем иначе. По словам начальника управления Россельхознадзора Татьяны Аушевой, охотхозяйства дают недостоверные сведения о численности поголовья кабана. А это значит, что вовремя обнаружить падеж животных невозможно. В свою очередь, такое положение дел ставит под угрозу работу находящихся рядом с лесами свинокомплексов.

Более того, опытный охотник, попросивший не называть своего имени, рассказал корреспонденту «Абирега» о том, как обстоят дела с охотой в области. По его словам, лицензию на добычу кабана частным лицам не продают, отстреливают их сами егеря. Но никто добытых животных не утилизирует, как прописано в правилах. Мясо чаще всего раздают или «втихую» продают в мясных лавках.

«Все знают, где и за сколько можно купить дичь. Знают, но открыто об этом не говорят», – отметил собеседник издания.

Он также добавил, что в соседней Курской области, например, можно официально взять лицензию на кабана. Там животные свободно перемещаются по всей территории, и никто их массово не отстреливает. А учитывая то, что дикие животные мигрируют, в Белгородской области в открытых лесах они тоже есть, хоть и встречаются реже, чем в Курской.

Все эти мелочи, недосмотры, недоработки, а где-то и намеренное искажение фактов привели к тому, что в регион, где больше всего боялись заноса АЧС, вирус тоже зашел и сейчас угроза только нарастает. Ветеринарные службы вынуждены усиливать контроль, ужесточать меры воздействия и призывать жителей к ответственности.

Уважаемые члены жюри, войдите и оцените
работу по 10-бальной системе голосования:
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
Все работы представленные в номинации